Следующая по алфавиту амазонка – любименькая, поэтому трудилась над биографией долго и тщательно. Получилось длинно и лирично.
Розанова Ольга Владимировна
1886, с.Меленки Владимирской губернии –
1918, Москва.
Училась у Юона, выставлялась с 1910, входила в "Супремус". Умерла от дифтерии совсем молодой, творческая деятельность насчитывает каких-то 10 лет, но успела поразительно много.
"Это была чахоточная девушка, совершенно нищая, очень талантливая". В отличие от Поповой или, скажем, Экстер, из-за бедности она ни разу не была за границей, но про нее было сказано, что если бы современное искусство не изобрели до нее, она сама бы его придумала.
О ее кубо-футуристическом периоде очень любивший ее критик Абрам Эфрос писал так:
"Ее искусство было таким же нежным, ночным, неуемным и тревожным. … Ухо, открытое всем шорохам и грохотам городской жизни, глаз, подхватывающий скрещения и вспышки комнатных огней и уличных зарев, - что, как не это, основное, футуристическое, было у нее природным свойством таланта и натуры? … Розанова родилась футуристкой. Если бы движение не пришло ей навстречу уже сложившимся и готовым, она должна была бы изобрести нечто подобное… Недаром она не строила свои полотна, она скорее пела их, как поют свои шумливые игры маленькие дети.
… Футуристические полотна Розановой часто уподобляются посудному шкафу. С какой хлопотливой любовью она располагает в их футуристическом строе ложки, вилки, тарелки, ножи. … Футурист не знает жалости к вещам. Он отрывает от них куски, ломает их и показывает нам обломки, которые нужны ему для иллюстрации своих душевных движений. Дробление предметов он считает своим основным футуристическим правом, и это действительно так по сути дела. А вот Розанова недолюбливала этого права. … Когда она добиралась до своих ложек и чашек, до своего хлопотливого хозяйства, ее бережность становилась прямой нежностью. Только старинные натюрмористы высказывали такую трогательную любовь к вещи." (Абрам Эфрос. "Вслед уходящим" (о футуристах).)
Розанову называли "первым мастером супрематической живописи". Она участвовала в 15 наиболее значительных выставках нового искусства, создала свой стиль оформления книг, была ведущим представителем научной критики искусства и писала стихи.
Фактические биографии и некоторые репродукции можно обнаружить здесь:
http://www.futurism.ru/rosanova/rosanova_bio.htm
http://www.rollins.edu/Foreign_Lang/Rus ... anova.html
И еще на сайте Русского музея в составе двух выложенных там выставок есть хорошие репродукции.
А я займусь лирикой.
Розанова была ближайшим другом Хлебникова, Маяковского, Бурлюка и Крученых (за последнего вышла наконец замуж в 1916 г.). В 1913 Крученых посвятил книгу "первой художнице Петрограда О.Розановой":
взял иглу длиною три улицы
она входила не причиняя боли
убивала незаметно
человечество испытывало какую-то забывчивость
эта игла из стекла когда-то соединяла бенарес и
иерусалим по ней ходили ослы и люди…
И еще Крученых о Розановой:
Опять влюблен нечаянно некстати произнес он
Я только собирался упасть сосредоточиться заняться
Своими чрезвычайными открытиями о воздушных
Соединенных озером как появляется интересненькая и заинтересовывается
О поняла
Вас морят голодом у меня под подушкой телятина
Нет нет я вас я могу все принесу и убежала…
О считала меня самого полного человека хотя я
Ничего особенного с ней не разговаривал только
Просила все время не разговаривай пожалуйста не разговаривай…
Розанова ассистировала Филонову в постановке трагедии "Владимир Маяковский" в театре футуристов "Будетлянин", и именно с работами этого театра Малевич связывал появление "Черного квадрата". Один из ее самых эмоциональных и загадочных циклов фигуративного периода – серия живописных "Игральных карт", в которых видят и портреты современников, и ее собственный уникальный диалог с примитивом и лубком, и символизм в духе Гумилева (эссе "Карты"), и предельную условность футуристического театра, где актеры вместо грима и костюмов держали перед собой картонные листы с нарисованными изображениями персонажей, подобно колоде карт.
Розанова оформляла книжки Хлебникова, Маяковского и Крученых, и вопрос, где на самом деле сначала родилась поэтическая "заумь" – в поэзии или в изобразительном искусстве – во многом благодаря ей остается открытым. "Странная ломка миров живописных была предтечею свободы, освобожденьем от цепей. Так ты шагало, искусство…" (Хлебников). Малевич называл стихи Маяковского примером стихотворного кубизма. Стихотворная "заумь" для Розановой была сродни беспредметности в искусстве. А ее особый путь в живописи назвали "цветопись". Малевич завидовал ее чувству цвета. Цвет играл огромную роль и в ее стихах.
Сон ли то…
Люлька ли.
В окне красном
Захлопнутом
В пламени захлебнувшемся
Кумача
Огня
Медленно качается
Приветливо баюкает
Пристально укутывает
От взглядов дня.
В огне красном
С фонарем хрустальным
Рубиновый свет заливает
Как ядом.
И каждый атом
Хрустально малый
Пронзает светом
Больным и алым
И каждый малый
Певуч, как жало,
Как жало тонок,
Как жало ранит
И раним
Жалом,
Опечалит
Начало жизни
Цветочно
Алой.
А в "заумных" ее стихах беспредметность языка означала музыку. Одну ее заумную строчку: "Лефанта чиол миал анта", - Крученых оставил в своей пьесе, и эта комбинация звуков превратилась для всех, знавших Розанову, в ее звуковой портрет.
Именно Розанова лучше всех умела формулировать постулаты нового и в конечном счете беспредметного искусства:
"Только современное искусство выдвинуло со всей полнотой серьезность таких принципов, как принципы динамизма, объема и равновесия в картине, принципы тяжести и невесомости, линейного и плоскостного сдвига, ритма как закономерного деления пространства, планировки, плоскостного и поверхностного измерения, фактуры, цветового соотношения и массы других. … И только абстрактное начало – расчет, как следствие активного стремления к передаче мира, строит картину."
"Мы видим цвет в окраске предметов… но мы можем представить себе цвета и независимо от представления о предмете… Мысленно мы видим зеленое, синее, белое. Эту способность вызывать в воображении цвета можно рассматривать как воспоминание о цвете, выключенном из тела вещей и переставшем быть материальным. … Как, например, определить цвет полированного дерева? К цвету алого шелка невозможно подобрать одинаковый цвет алого ситца, шерсти, бумаги. … Фактура материала засоряет более или менее природу цвета и является суррогатом чистой живописи. …Супрематизм отказывается от пользования реальными формами для живописных целей, ибо они, как дырявые сосуды, не держат цвет, и он в них расползается и меркнет, придушенный случайностью их простоты или сложности… Подобно тому, как в природе разность атмосфер создает воздушное течение, поднимающее или опрокидывающее, разрушающее, так и в мире красок свойствами их цветовых ценностей, их тяжестью или легкостью, интенсивностью. длительностью создается динамизм, и он в основе своей реален и властен, он рождает стиль и оправдывает конструкцию. Он освобождает живопись от законов вкуса и устанавливает закон реальной неизбежности."
В иллюстрациях к книжкам поэтов-футуристов буква была для Розановой и начертанием, и звуком одновременно. Цвет тоже цвет выявлялся у нее музыкально, в созвучиях и диссонансах. Хлебников писал: "Есть величины, с изменением которых синий цвет василька (я беру чистое ощущение), непрерывно изменяясь, проходя через неведомые нам, людям, области разрыва, превратится в звук кукования кукушки или плач ребенка, станет им. При этом, непрерывно изменяясь, он образует некоторое протяженное многообразие, все точки которого, кроме близких к первой и последней, будут относиться к области неведомых ощущений, они будут как бы из другого мира". Эти слова используют для интерпретации картины Розановой "Зеленая полоса": "Это – произведение не менее загадочное и провидческое, чем "Черный квадрат" Малевича. Свечение зеленого цвета на белом фоне ощущается как "область разрыва" обыденного пространства и вибрация "другого мира"."
Она была очень бедна, сама вязала чулки, перешивала из старой юбки зимнюю кофту – и при этом в 1916-17 гг. сделала множество феерически ярких и красивых эскизов мод, дивные сумочки, ленты, узоры для ткани…
Уже болея дифтеритом, Розанова в 1918 г. работала над праздничным оформлением Бутырского района Москвы к первой годовщине революции. Судя по отрывочным сведениям, Розанова проектировала "светокартину" – предтечу динамических световых инсталляций и лазерных шоу. За год до того она писала: "Я теперь исповедую, что предметность и беспредметность (в живописи) не 2 различных направления в одном искусстве, а 2 разных искусства – даже материальные краски для беспредметной живописи нахожу единственно разумным заменить экраном! Никакой связи!!!"
В прощальном слове о ней Родченко говорил:
"Не Ты ли хотела озарить мир каскадами цвета.
Не Ты ли проектировала прожекторами творить цветовые композиции в воздухе…"
А похоронена она рядом с могилой Чехова, на похоронах которого в 1904 г. присутствовала сама. 250 ее работ были представлены на посмертной выставке в 1918 г., которую из-за множества желающих посетить продлили до 1919 гг. Через три года после этого комиссия при ГТГ признала ее картины не имеющими художественной ценности, подлежащими уничтожению или распродаже за копейки. Сохранилось далеко не все. Первая следующая ее выставка прошла в 1991 г.
Воть. Спокойной ночи/доброго утра!
Вход
FAQ
Поиск
Там вроде подножие Эйфелевой башни?
) Я пересмотрела пару десяточков - не нашла, но он их делал сотнями...
